Главная/ Новости/ История/ Природа/ Насущное/ Фото/ Штат/ Практика/ Столовая/ Научники/ Стройотряд/ Гости

Адреса ББС E-mail/

История / 50 лет регулярной практики студентов на Беломорской биостанции Биологического факультета МГУ

50 лет регулярной практики студентов на Беломорской биостанции Биологического факультета МГУ

Н.М. Перцова (кафедра зоологии беспозвоночных Биологического факультета МГУ)
 

В 2002 году исполнилось 50 лет с начала проведения регулярных практик студентов Московского государственного университета на Беломорской биостанции Биологического факультета МГУ. Строго говорить об этом можно лишь в отношении двух кафедр, которые начали проводить практику с 1952 г., и ни одного года не пропустили. Это кафедры зоологии беспозвоночных Биолого-почвенного, а затем Биологического, факультета и кафедра палеонтологии Геологического факультета.

О том, как включались в проведение практики на Биостанции новые кафедры Биологического и других факультетов МГУ, и с чем это было связано, много и хорошо написано (Зенкевич, 1962, 1963; Перцов, 1970, 1974, 1980; Шноль, 2001). Процесс этот продолжается и сейчас. За эти годы на Биостанции работали и продолжают работать студенты не только МГУ, но и многих других ВУЗов нашей страны и зарубежных стран.

Беломорская биостанция по праву является детищем кафедры Зоологии беспозвоночных. Кафедра, возглавляемая с 1930 г. профессором Львом Александровичем Зенкевичем, в числе главных своих приоритетов считала изучение фауны и биологической продуктивности морей и океанов. Поскольку остро ощущалась необходимость готовить специалистов такого профиля, по инициативе Л.А.Зенкевича и при поддержке Научного студенческого общества Биолого-почвенного факультета (НСО) было принято решение создать свою биостанцию на море. Биостанция задумывалась как учебное учреждение, что было вполне логично, ведь главная задача Университета - учить студентов. Выбор пал на Белое море.

Начало

В 1938 г. группой студентов и аспирантов в Кандалакшском заливе на берегу пролива Великая Салма было выбрано место для биостанции, а в 1939 г. началось ее строительство. Были построены дом-сторожка, три дощатых сарая (из них один, открытый в сторону моря, получил название "ресторан") и бревенчатый дом-лабо-ратория. Первым директором Биостанции стал Леонид Леонидович Россолимо, а сторожем Андрей Павлович Никифоров - ветеран Первой Мировой войны, Георги-евский кавалер, инвалид без ноги. В 1939 и 1940 гг. на Биостанцию приехали не-сколько студентов и аспирантов. Для жилья были поставлены палатки, еду готовили в одном из сараев, где была плита, сложенная из дикого камня, столовая была на улице. Обследовали окружающие биостанцию места, собирали материал для своих работ. По этим материалам появилась статья Георгия Георгиевича Абрикосова и Нины Юрьевны Соколовой об изучении литорали, напечатанная в Вестнике Московского Университета в 1948 г. - первая публикация работ, выполненных на Биостанции (Абрикосов, Соколова, 1948).

Война

Война прервала начавшееся строительство. В 1941-45 гг. Биостанция была недоступна и оставлена под присмотром сторожа Андрея Павловича Никифорова.

С 1938 по 1946 гг. сменилось три директора: Леонид Леонидович Россолимо, Георгий Михайлович Беляев и Георгий Георгиевич Абрикосов.

Первые послевоенные годы

Летом 1946 г. на Биостанцию снова приехали аспиранты и студенты. Это были Анатолий Николаевич Савилов и Кирилл Александрович Воскресенский, готовившие свои диссертации, и студентки первого курса кафедры зоологии беспозвоночных, помогавшие К.А.Воскресенскому - Розалия Константиновна Кудинова-Пастернак и Галина Бенциановна Зевина.

Осенью 1946 г. директором Биостанции был назначен Петр Владимирович Матекин. В конце 40-х гг. на станцию снова стали наезжать аспиранты, преподаватели и студенты, но пропускная способность станции была очень низка - можно было принять не более 10-12 человек только в очень ограниченный летний период. Регулярной практики на Биостанции не было. Студентов кафедры Зоологии беспозвоночных в это время возили на Баренцево море и в Кандалакшский заповедник, где их очень хорошо и тепло принимали (директором заповедника в это время был Владимир Кондратьевич Бахарев), но везде они были в гостях и многое их ограничивало. Все нужно было везти с собой из Москвы: оптику, инструменты, продукты; не было своих плавсредств. При этом, конечно, следует отдать должное руководству и сотрудникам заповедника, которые помогали, чем могли, и с удовольствием шли на сотрудничество.

А Университетская Биостанция тем временем разрушалась, к числу довоенных построек ничего не прибавлялось, оборудование не завозилось. Все силы и средства в то время были направлены на строительство нового здания Университета на Ленинских горах. Из оборудования, предназначенного для нового Университета, биостанции выделили только небольшой моторный катер, потом гордо названный нами "Персеем". П.В. Матекин получил его весной 1951 г., перед своим уходом из директоров, организовал его доставку в Пояконду и спуск на воду.

Назначение Н.А.Перцова директором

1 июля 1951 г. на должность директора Биостанции по распределению был направлен выпускник кафедры зоологии беспозвоночных Николай Андреевич Перцов. 10 июля он вместе со своими одногрупниками и еще четырьмя добровольцами, готовыми помочь ему на первых порах обустроиться, приехал на Биостанцию. Среди одногрупников были Михаил Евгеньевич Виноградов (ныне академик РАН), Нина Георгиевна Виноградова, Наталья Михайловна Воронина, Елена Антоновна Цихон, ставшие потом ведущими сотрудниками Института океанологии Академии Наук, художник Игорь Павлович Рубан, Вели Исаевич Таривердиев и Сергей Александрович Богословский (тогда школьники) и студентка Наталья Михайловна Глухова (впоследствии Перцова). До биостанции добирались на новом катере, на веслах с отливом. Насмотревшись по пути на беломорские красоты, прибыли на биостанцию. Выглядела она заброшенной. Все постройки кроме сторожки, где обитал сторож, к этому времени оказались нежилыми. Везде текли крыши, крышу сарая-"ресторана" снесло ветром, и она лежала рядом на скале; подгнили венцы сруба лаборатории, балки, доски пола и потолка; развалились печка, сложенная из дикого камня в лабо-ратории и кухонная плита в сарае. Из оборудования не осталось ничего, из книг - только те, что были напечатаны на толстой бумаге, и которые нельзя было использовать на самокрутки. Все оборудование лежало в куче в углу одного из сараев и состояло из пустого футляра от микроскопа, каких-то ломаных стеклянных трубочек, битых колб и т.п. Поэтому нам, вновь прибывшим, очень много времени понадобилось, чтобы хоть как-то наладить быт.

Прежде всего, починили крыши, исправили кухонную плиту, и сразу начали строить. И к сентябрю построили (!) баню при помощи топора, который давал нам дед-сторож, и двух туристских топориков. Стали расчищать территорию: она вся была завалена гниющим корьем, не убранным со времени довоенной стройки, через которое редко и с трудом пробивались чахлые деревца. Объездили близлежащие деревни и завели связи с жителями и администрацией района. Контакт с Кандалакшским заповедником уже был налажен - Н.А. Перцов проходил там практику и собирал на островах заповедника материал для своей курсовой и дипломной работ, и даже имел благодарности за тушение частых в этих местах лесных пожаров. При обследовании окрестностей нашли брошенные в 30-е гг. бараки на Ершовских озерах и в Каневской губе на острове Великом и получили разрешение на их перевоз и использование, разметили венцы на срубах. В августе на помощь приехали еще двое однокурсников Николая Андреевича - Ирина Александровна Носова и Иосиф Исаевич Гительзон и три студентки третьего курса.

В конце августа все уехали в Москву - кто сдавать экзамены в аспирантуру, кто на работу. Позже других уехали школьники, они заканчивали строить баню. Через некоторое время поехал и Н.А. Перцов - отправить на Биостанцию самое необходимое, чтобы можно было перезимовать и делать что-то дальше. Отправив все, что удалось собрать за короткий срок, он снова вернулся на ББС. С ним поехал его однокурсник, зоолог позвоночных Яков Давыдович Гуревич. Они, с помощью нового сторожа биостанции Феоктиста Семеновича Никифорова и наблюдателя заповедника Ивана Николаевича Николаева, разобрали сруб лаборатории и поставили его на новом месте, рядом со старым, сделав фундамент и заменив гнилые венцы.

Сами они жили в одном из сараев, где была отгорожена кое-как утепленная клетушка, так называемый "кубрик". В декабре, когда море замерзло и кончилась распутица, НА. Перцов снова приехал в Москву ( Гуревич уехал раньше), чтобы собрать и подготовить группу студентов, которые смогли бы поехать на ББС в зимние каникулы и поработать. Желающих было много. Научное студенческое общество Биофака поддерживало эту поездку. Тех, кто хотел поехать, Николай Андреевич тренировал в ходьбе на лыжах - ведь, чтобы добраться до ББС, нужно было пройти по глубокому снегу без тропы и лыжни 17 километров.

Продолжение >>

Адреса ББС E-mail/
Главная/ Новости/ История/ Природа/ Насущное/ Фото/ Штат/ Практика/ Столовая/ Научники/ Стройотряд/ Гости
Рейтинг@Mail.ru
© Неформальный сайт ББС МГУ — здесь собраны истории, рассказы, фотодокументация о станции